«ПЕРВЫЙ СРЕДИ РАВНЫХ...»
Нормативные документы
Противодействие коррупции
Поступающим
Студентам
Выпускникам
Проект 5-100
Аккредитация специалистов
04.04.2008

Становление русской профессуры (из цикла очерков "Славная летопись двух с половиной веков")

СЛАВНАЯ ЛЕТОПИСЬ ДВУХ С ПОЛОВИНОЙ ВЕКОВ

Предлагаем вниманию читателей третий очерк (первый вышел в "MB" № 12, второй — в № 31), посвященный истории Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова. В 2008 году она отметит свой 250-летний юбилей. Редакция благодарит автора за проведенную им для сотрудников газеты экскурсию по Новодевичьему кладбищу, во время которой особое внимание было уделено захоронениям выдающихся отечественных медиков.

читать первый очерк (Доброе начало в доброе время)

читать второй очерк (Времена Мудрова)

Период времени с середины 30-х годов до начала 60-х XIX века  можно наименовать "серебряным веком" в жизни медицинского факультета Императорского Московского университета. Эти годы следовали за "веком Мудрова" и породили "золотой век".

Один из важнейших в истории медицинского образования документов "Дополнительное постановление о медицинском факультете Императорского Московского университета", который был тщательно проработан на факультете и способствовал совершенствованию подготовки врачей, в частности, в клиническом образовании, высочайше утверждается 19 декабря 1845 года. В практическом плане это благотворно сказалось на деятельности земских врачей.

В 1846 году факультет, получивший прекрасные здания на Рождественке и Ново-Катерининскую больницу, открывает новые факультетские и госпитальные клиники, создает новые кафедры, выделяет новые учебные дисциплины. "Московские губернские ведомости" писали: "По общему признанию всех обозревавших подобные учреждения на Западе, факультетские клиники превосходят и удобством помещения, и богатством пособий".
Появляется когорта профессоров — специалистов высокого класса, прекрасных педагогов, патриотов, подготовивших "золотой век" медицинского факультета. Среди тех, кто "вспахал почву", на ниве которой взросли выдающиеся деятели и даже гении русской медицины, бесспорно, первое место по праву принадлежит Федору Ивановичу Иноземцеву, реформатору медицинского образования, врачу, хирургу, педагогу, директору факультетской хирургической клиники, человеку высочайшей нравственной силы.

Его школой была вся российская медицина

Право, не известно, о каком еще ученом, профессоре так дружно-сердечно отзывались его ученики, товарищи по работе, пациенты.
"Вспомним, что в стенах Московского университета учил незабвенный Ф.И. Иноземцев. Это был учитель в высоком, идеальном значении слова. Как ученый он был верен своему призванию и убеждениям; как профессор обладал даром энергетического слова и владел тайною пользоваться юностью, восприимчивостью и никогда не закрытыми для таланта симпатиями своих слушателей".

Н.В. Склифосовский

"Дятельность его в области нашей медицины оставила по себе широкий след, не только по умственному влиянию его как ученого, но и по нравственному как человека... От него мы услыхали новое тогда для нас словосочетание: русская наука, русская медицина".

С.А. Смирнов

"Московские обыватели обязаны ему благодарностью за то, что в продолжение 25 лет в его доме до 50 человек бедных людей получали безвозмездно советы, лекарства готовые, полные консилиумы и даже содержание. Летом, несмотря ни на какую погоду, приезжал он из Сокольников всякий день, чтобы служить этому доброму делу, каждому из нас случалось часто посылать бедняков к нему с записками".

М.П. Погодин, историк и литератор

Федор Иванович Иноземцев начал обучаться медицине в Харьковском университете в 24 года. Как же поздно! (Н.И. Пирогов стал первокурсником в 14 лет.) Пути их пересекались и при жизни (даже жили в одной комнате более четыех лет), и после смерти — в трудах историков.
Уже со 2-го курса Федор Иноземцев предпочитал всем прочим предметам хирургию. "Виною" тому был известный профессор хирургии Н.И. Влинский, разглядевший в трудолюбивом студенте талант "оператора".
Император России, правительство понимали, что русскую науку должны развивать прежде всего русские ученые, а не иностранцы, которых было в то время предостаточно. И вот по Высочайшему повелению образуется Профессорский институт при университете в Дерпте (Юрьев, Тарту), куда и приписывалось направлять природных россиян, хорошо учившихся.
Федор Иноземцев и думать не думал о Профессорском институте, но Н.И. Влинский убедил его приступить к сдаче сложнейших экзаменов. И вот он слушатель Профессорского института. В марте 1833 года защитил диссертацию о двустороннем камнесечении, и опять учеба — двухгодичная стажировка у лучших хирургов Западной Европы.
В Россию Иноземцев вернулся в 1835 году и настоятельно просил направить его в Императорский Харьковский университет, но назначение получает в Императорский Московский.
В конце того же 1835 года Ф.И. Иноземцева избрали экстраординарным профессором практической хирургии, а вскоре и ординарным профессором этой кафедры. Со всей страстью своего темперамента он исполняет возложенные на него обязанности, но становится все яснее, что преподавание хирургии и вообще медицинское образование требуют совершенствования. И как нельзя кстати Иноземцев "с Высочайшего соизволения Государя Императора, в 26 день Апреля 1839 года состоявшегося, был отправлен за границу для узнавания современных усовершенствований по части практической хирургии с  сохранением жалования". В университетах Германии, Франции, Италии он изучает методику преподавания медицины. В сентябре 1840 года подает попечителю Московского университета трактат о преобразовании клинического преподавания в России.
Талант истинного педагога не ограничивается лишь лекторским мастерством. На своих занятиях он воплощал идею "образовать как можно более научно-практических врачей". На 3-м курсе студенты накладывали повязки, мази, припарки, уже самостоятельно делали операции. Большое внимание обращалось на формирование наблюдательности, студенты обязаны были вести дневники. Особое значение в подготовке и совершенствовании врачей Иноземцев придавал амбулаторному приему. В программе обучения органически сочетались знания по топографической, патологической анатомии, десмургии, практической хирургии. Вел Иноземцев и курс глазных болезней.

Он все делал профессионально, искренне и страстно, постоянно "возился со студентами", не то что иные профессора: прочитал лекцию на латыни — и к богатым пациентам.

Озабоченность Иноземцева судьбой русской медицины, "выискивание" талантов, способных обогатить науку, поражали современников. Он воспитал, буквально "слепил" из буйного студента выдающегося гистолога А.И. Ба-бухина, разглядел в другом учащемся будущую звезду физиологии И.М. Сеченова.

Лекции Иноземцева слушали многие гении "золотого века". У него были десятки ближайших учеников и последователей: И.П. Матюшенков, С.А. Смирнов, Н.П. Мансуров, Н.Е Мамонов, А.П. Расцветов и многие другие. Они наследовали от учителя не только глубокие познания, но и дар человеколюбия, доброты.
1 февраля 1847 года профессор Иноземцев впервые в России применил при операции эфирный ингаляционный наркоз, в союзе с другими специалистами глубоко исследовал его действие.
Врачом какого профиля был Иноземцев? По мнению Сеченова, "он принадлежал к тем хирургам, которые ставят операцию не на первый план, а рядом с подготовлением больного к ней и последовательным за операцией лечением. Поэтому он проповедовал, что хирург должен быть терапевтом".
Как терапевт он широко рекомендовал в качестве лечебного средства молоко. Лечению молоком отдали дань СП. Боткин, ГА. Захарьин, А.А. Остроумов.
С довоенного детства помню название "Капли доктора Иноземцева". Они вошли в практику при лечении холеры, а с 80-х годов XIX века применялись при желудочно-кишечных расстройствах.
...Он был сторонником диетотерапии, гидротерапии, средств народной медицины. Сильнейшим лечебным средством доктор Иноземцев считал психотерапию.
Генеральная линия жизни Федора Ивановича — служение русской медицине: участие в работе Медицинского совета, во многих других комитетах, советах, комиссиях; он — инициатор съезда русских естествоиспытателей и врачей, создания Общества русских врачей; на свои средства выпускал "Московскую  медицинскую газету" — первое медицинское публицистическое издание (1858— 1878). Отказавшись от поста председателя, передал Обществу русских врачей "Московскую медицинскую газету", свою солидную библиотеку, собранный им хирургический инструментарий.
К 100-летию со дня рождения Ф.И. Иноземцева был изготовлен бюст с мраморным постаментом. На правой стороне его значилось: "В анатомическом театре. Без занятий в анатомическом театре нельзя сделаться рационально образованным, ловким и искусным оператором". На левой — "В клинике. Подробное и точное
объективное исследование больного при распознавании болезни должно служить главным основанием клинического учения". На задней стороне постамента начертано: "Дома. Всегда делай для всех все, что можешь. Никогда ни от кого ничего себе не требуй и не ожидай". Эти изречения великий врач, педагог, ученый часто повторял молодежи. Бронзовый бюст и сейчас можно увидеть в Музее истории Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова.

Славная когорта

130 лет назад ученик Иноземцева С.А. Смирнов писал: "Не сомневаюсь, что будущий историк русской медицины даст высокое, законное место этому начинателю нашей науки". Ф.И. Иноземцев был бесспорным лидером, но в когорте "серебряного века" были и другие замечательные ученые.
Однокашником Иноземцева по Дерптскому Профессорскому институту был Алексей Матвеевич Филомафитский. В 1833 году им защищена докторская диссертация. Затем следует углубленная подготовка  или, лучше сказать, работа в лаборатории знаменитого И. Мюллера. Вернувшись в Москву, 28-летний Филомафитский становится первым руководителем кафедры физиологии и остается им с 1835 г. по 1849 г. При нем в научной и педагогической деятельности физиологический эксперимент становится непререкаемым господином. A.M. Филомафитский — автор первого русского учебника "Физиология, изданная для руководства своих слушателей". Он пишет на основе собственных экспериментов "Трактат о переливании крови (как единственном средстве во многих случаях спасти жизнь)".
Он показал себя новатором в экспериментальной разработке проблем обезболивания, которую осуществлял в сотрудничестве с Ф.И. Иноземцевым. A.M. Филомафитский — автор труда "Физиологический взгляд на употребление эфиров, хлороформа и бензина для притупления чувствительности".
И какое славное дополнение к сказанному — Алексей Матвеевич был добрейшим человеком. Прожил он всего 42 года. "Ученики покойного — студенты Московского университета — несли гроб его на своих плечах от церкви Св. Троицы в Вешняках (Пятницкая ул.) до самой могилы на Ваганьковском кладбище. Ни далекий путь, ни метель, ни обильный снег не могли остановить их рвения — изъявить искреннюю благодарность многоуважаемому и любимому профессору", — писал старый автор.
Не могу не упомянуть прекрасного экспериментатора, занимавшего скромную должность помощника прозектора физиологии, А.Н. Орловского (1821-1856). Свои исследования он вел совместно с Ф.И. Иноземцевым и A.M. Филомафитским. А.Н. Орловский был блестящим врачом-практиком. Недаром на надгробном памятнике начертано: "Другу человечества от пациентов".
После A.M. Филомафитского руководство кафедрой перешло к достойнейшему восприемнику И.Т. Глебову. О нем довольно подробно говорилось на страницах "MB" (№41 от 20.12.2006).
Кафедрой анатомии руководил И.М. Соколов, чьи великолепные препараты и сегодня украшают музей. Он был и практикующим врачом, и патологоанатомом, стремился внедрить микроскопию, стал первым председателем Московского общества русских врачей.
В 1835—1863 годах на факультете работали такие яркие личности, как фармаколог А.А. Иовский, патологоанатом А.И. Полунин, терапевты ГИ. Сокольский, А.И. Овер, И.В. Варвинский, хирург В.А. Басов и многие другие.

Николай КОРОСТЕЛЕВ,
профессор кафедры истории медицины и культурологии
ММА им. И.М. Сеченова

продолжение следует


Исходная статья: газета "Медицинский Вестник" № 38-39 от 05 декабря 2007