«ПЕРВЫЙ СРЕДИ РАВНЫХ...»
Нормативные документы
Противодействие коррупции
Поступающим
Студентам
Выпускникам
Проект 5-100
Аккредитация специалистов
29.10.2007

Скальпели наголо, стетоскопы - к бою!

Ровно в десять утра на плацу войсковой части в подмосковной Электростали выстроились три десятка бравых журналистов. Поблескивающее в лучах солнца профессиональное оружие - не «лейки» и блокноты, а скорострельные камеры и цифровые диктофоны - было наготове. Обойдя ряды пишущей братии, генерал-полковник медицинской службы, проректор Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова, член-корреспондент РАМН, доктор медицинских наук, профессор Иван Чиж сообщил время «Ч» - 10.15. В назначенную минуту по изрядно заросшему полю напротив плаца побежали бойцы, загремели выстрелы. Канонада перемежалась залпами фотовспышек. И вот уже несколько солдат повалились в траву, правдоподобно корчась от боли. На выручку им заскользили военные медики. Так начинались тактико-специальные учения студентов ММА им. Сеченова.

 

АНГЕЛ С КРАСНЫМ КРЕСТОМ

- Больной средней тяжести, самостоятельно передвигаться не может. Произведена остановка кровотечения с помощью жгута. Сейчас буду его транспортировать на себе, - санитарный инструктор бережно обхватывает натурально стонущего «раненого», успокаивает: «Потерпи, миленький», и они вместе скрываются в высокой траве.

Метрах в десяти еще один тандем: медик колдует над обессилевшим от боли: бинтует несчастного. Псевдопациенту даже играть ничего не приходится: угораздило же упасть прямо в муравейник.

Ходишь по условному полю боя и чувствуешь себя героем какой-нибудь компьютерной бродилки. Стоит попросить - и участники «игры» тут же по-военному четко и по-медицински точно отрапортуют: «Курсант такой-то, ранение такое-то».

Факультет военного обучения появился в ММА в 2002 году. С тех пор ежегодно академия бросает студентов на «передовую», чтобы те закрепили вузовскую теорию полевой практикой. В этом году за компанию с военными медиками-пятикурсниками на «войну» - четырехнедельные сборы - в Электросталь отправились студенты лечебного, медико-профилактического, стоматологического, фармацевтического факультетов и факультета подготовки научных и научно-педагогических кадров. Всего двести юношей. Девушек, а они на военном факультете не редкость, на тренировочные огневые рубежи отправят только в следующем году.

В 2008-м, точно к своему 250-летнему юбилею, ММА выпустит первую партию кадровых офицеров. Поэтому сегодняшние учения - непростое испытание для будущих лейтенантов. Ведь роль экзаменаторов досталась офицерам факультета военного обучения, имеющим опыт работы в условиях реальных боевых действий, чрезвычайных ситуаций и катастроф, представителям Министерства обороны, офицерам Главного военно-медицинского управления Министерства обороны и медицинских служб Московского военного округа.

Но особенно пристрастно своих подопечных проверяет руководитель учений Иван Михайлович Чиж - в прошлом начальник Главного военно-медицинского управления МО РФ. Он участвовал в организации медицинского обеспечения войск 40-й армии в Афганистане и группировки федеральных войск в Чечне.

Пока мнимых больных эвакуируют с места сражения, генерал-полковник не скупится на комментарии для журналистов и делает экскурсы в историю военной медицины:

- Российской военной медицине есть чем гордиться. Военно-полевая подготовка закладывалась еще Пироговым и получила расцвет в войнахXVIII-XIX веков. Система, которая развивается и по сей день, была выкована во втором-третьем периодах Великой Отечественной войны. На переднем крае тогда работали в основном девушки. Сами весом 45-50 кг, они должны были тянуть на себе девяностокилограммовых гигантов! Потому что исход ранения зависит от оказания медицинской помощи на поле боя. Благодаря работе медслужбы во время войны в строй было возвращено 72,3 процента раненых и 90,6 процента больных. Это почти восемнадцать миллионов! Сейчас процент возвращения раненых в строй мы довели до 90, больных - до 98-99. Совершенствуется система этапного лечения с эвакуацией по назначению. Вводятся новые технологии лечения в полевых условиях, которые ничуть не отличаются от стационарных.

За кустами показался красный крест на коричневом боку «уазика» медицинской службы. «Раненых» бережно грузят сначала на носилки, а потом и в машину, чтобы доставить прямиком в развернутую на соседнем поле медицинскую роту полка.

 

ЧИСТИЛИЩЕ ДЛЯ БОЙЦА

Журналистов тем временем приглашают к стендам с новейшим медицинским оснащением личного состава - разработками последних пяти лет.

Взволнованный курсант Козлов пытается рассказать собравшимся о назначении оборудования, но Иван Чиж, один из его создателей, похвалив парня, самолично расставляет все точки над i. Демонстрирует перевязочный пакет, где вместо дедовской ваты - специально разработанный в Институте хирургии им. А.В. Вишневского полисинтетический материал с антибактериальным покрытием. Индивидуальную аптечку в футляре защитного цвета, которая крепится на пояс. Жгут с липучками - вместо старого резинового образца. Жилет медицинский разгрузочный - облачение стрелка-санитара, с помощью которого медик может оказать помощь 10-15 раненым. Фельдшерскую сумку. Литровую емкость с инфузионным раствором - для возмещения кровопотери. Компактные шины для фиксации поврежденных конечностей. И носилки, принимающие форму тела.

- Санитар несет на себе 40 кг. Это должен быть хорошо подготовленный физически человек, - комментирует генерал-полковник. - В России созданы две школы санитарных инструкторов - в Петербурге и на Дальнем Востоке. Подготовка длится полгода...

Вслед за группой военных во главе с Чижом совершаем марш-бросок до следующей площадки учений. У каждого факультета здесь своя база. Отделение санитарной обработки - анфилада палаток в березовой рощице - вотчина медико-профилактического факультета. На входе - суровый дозиметрист. По легенде учений, противник «грязных» бомб не сбрасывал, однако курсант все равно обследует принесенного на носилках «раненого» на предмет радиации. Уже в палатке смущенного бойца раздевают, моют.

- В этом комплексе отрабатывается помывка личного состава в полевых условиях, - рапортует руководитель учений. - Представьте: в зимнее время через комплекс могут пройти десять тысяч человек! Если надо, здесь же производится дезинфекция и дегазация.

«Чистилище» пройдено. На очереди - медицинская рота полка. Тамошние доктора уже ждут машину с пострадавшими.

 

ЧЕРНАЯ МЕТКА

Транспорт медслужбы не заставляет себя ждать. Подоспевшие курсанты начинают аккуратно извлекать перебинтованных товарищей.

- За сколько минут эта машина должна быть разгружена, а, стратеги? - хмурит бровь генерал-полковник Чиж.

Тишина.

- За семь-десять! - злится Иван Михайлович и снова командует: - Опер-р-р-ра-тивней! Не спать! Время работает против больного!

Через несколько минут на поле и под тентом из маскировочной сетки появляются ряды носилок. Оглядываю «раненых» и понимаю: что-то не так. Вот чудеса: сквозь повязки проступила «кровь»!

Командир роты обходит свои владения - медицинская рота в распоряжении факультета военного обучения. Начинается сортировка. Первым делом врачам надо изолировать на площадку специальной обработки тех, кто представляет опасность для окружающих. Во-вторых, отправить на следующий этап легкораненых. В реальной жизни это самая большая группа пациентов -3 5-40 процентов. Здесь и сейчас медицинскую помощь оказывают лишь самым тяжелым - их бывает до 25 процентов.

- Еще Пирогов говорил: «Если ты будешь оказывать помощь каждому, ни твоя голова, ни руки ничего не сделают», - объясняет Иван Чиж. - На войне врач прежде всего должен быть администратором. Если хирург начнет оперировать здесь - раньше так и делалось, - то за сутки спасет десять человек, а остальные полторы сотни останутся без помощи. Надо организовать процесс таким образом, чтобы из всей массы выбрать тяжелых больных, их спасти. Такая рота может пропустить до 300 человек в сутки.

Каждому «раненому» врачи присваивают сортировочную марку - клочок бумаги определенного цвета и формы, на котором указано, куда требуется доставить пациента: в операционную, противошоковую палату или в перевязочную.

А вот и первый тяжелый больной. По легенде у бойца пневмоторакс - состояние, характеризующееся скоплением воздуха или газа в полости плевры.

- Как должна быть наложена окклюзионная повязка? - интересуется у курсантов руководитель учений.

Медики дружно бинтуют пострадавшего, демонстрируя генерал-полковнику полученные навыки.

- Это вы только одну дырку закрыли. А как же выходное отверстие? Главное - загерметизировать плевральную полость, - наставляет Чиж и комментирует для несведущих журналистов: - Отрабатываем элементы десмургии (учение о наложении хирургических повязок). И снова озадачивает студентов:

- А как жидкость оттуда выпустить?

- Пункцию сделать! - нашлись бойцы.

- А делается пункция в медицинской роте? - подмигивает Иван Михайлович.

- Да, делается при наличии у «раненого» напряженного пневмоторакса.

 

ЗЕЛЕНЫЕ ЧЕЛОВЕЧКИ

Метрах в двадцати, на площадке специальной обработки, начинается какое-то движение. Двое бойцов в серо-зеленой химзащите, напоминающие гуманоидов, тащат на носилках третьего.

Звучит команда «Газы!», и вместо того, чтобы спасаться, зрители с фотоаппаратами и камерами наперевес сломя голову бегут туда, где из-за деревьев наползает желто-зеленый дым. Из него выступают новые гуманоиды и, как профессиональные модели, умело позируют и дефилируют по мостику, перекинутому через овраг.

Но шутки шутками, а курсантам уже пора держать следующий экзамен - правильно снимать спецодежду. Все разоблачаются по уставу: сначала скидывают плащ, потом обувь, последним рывком - противогаз.

-Сняли, а теперь надеваем противогаз! - командует Чиж. - Я лично всю химзащиту надевал на «отлично».

В отличие от генерал-полковника с заданием справляются не все студенты. Оно и понятно: устали.

Но «раненые» не могут ждать. И снова на поле начинается брожение. Условный противник применил оружие массового поражения. Площадка делится на «чистую» и «грязную» половины. На первой территории пораженных раздевают, потом переносят дальше. На «чистой» половине обрабатывают средствами индивидуальных противохимических пакетов, вводят антидот.

Под шумок спешу к развернутым неподалеку подвижному комплексу врачебной помощи ПК ВП и автоперевязочной АП-2. Это сборные конструкции из автомобилей и палаток. В первой врачи за час могут облегчить страдания 15-20 человек, во второй -7-10. Говорят, у этих комплексов нет аналогов в мире.

Внутри кипит работа, разложены блестящие инструменты. Меня эскулапы даже не замечают - готовятся к приходу настоящего ревизора. Но как только нахожу ведущую наверх лестницу и взбираюсь по ней в операционную, больше похожую на каюту космического корабля, ко мне тут же присоединяется доктор.

По легенде, его пациент пострадал от взрыва авиабомбы и находится в тяжелом состоянии.

- Как будете лечить? - интересуюсь у студента пятого курса научного факультета Антона Тихановского.

- Диагностирован перелом основания черепа. Все лечебные мероприятия направлены на профилактику отека мозга, - без запинки отвечает он. - У пациента ранение руки - была наложена шина Крамера, произведена остановка кровотечения. В ближайшее время отправим его в госпиталь.

В соседней операционной команда врачей «борется за жизнь» солдата со сквозным ранением брюшной полости. Под светом ярких ламп курсант, играющий эту роль, выглядит мертвенно-бледным. Но на вопросы подоспевших экзаменаторов четко отвечает даже лежа.

Наконец все испытания закончились. Курсанты выстраиваются в длинную очередь к полевой кухне. Жадно уплетая перловку прямо на ходу, счастливчик, которому досталась первая порция, кричит остальным:

- Сегодня каша лучшая за месяц!

На мой вопрос, насколько полезны сборы, студенты, не сговариваясь, отвечают, что это отличная практика. А я желаю им, чтобы навыки, полученные здесь, довелось применять лишь в мирное время.

 

Анастасия БЕЛЯКОВА


Исходная статья: журнал "Студенческий меридиан" ноябрь 2007