«ПЕРВЫЙ СРЕДИ РАВНЫХ...»
Нормативные документы
Противодействие коррупции
Поступающим
Студентам
Выпускникам
Проект 5-100
Аккредитация специалистов
01.03.2006

Ген-парад, или сборная генетически модифицированных

Похоже, в спортивном мире наступает новая допинговая эра. Как утверждают специалисты, "убогая эпоха", когда анализы мочи и крови выдавали олимпийцев, закончилась. Больше никаких стероидов и гормонов. Будущее – за генной инженерией, и в этом сходятся почти все эксперты.

Правда, до недавнего времени считалось, что это будущее наступит не раньше 2008 года. В частности, в декабре прошлого года глава Всемирного антидопингового агентства Дик Паунд усомнился в том, что на Играх в Турине генетический допинг будет применяться, сообщает "Рейтер". В то же время он отметил, что к Олимпиаде в Пекине угроза распространения нового поколения запрещенных препаратов вполне реальна.

Но, похоже, новые способы улучшения спортивных показателей распространяются быстрее, чем предполагали борцы за "чистый" спорт. За несколько дней до Олимпиады один немецкий тренер, уже проходящий по делу об употреблении "традиционного" допинга, был уличен еще и в использовании генетического препарата. В компьютере Томаса Спрингштейна было обнаружено электронное письмо, в котором он жалуется на то, что препарат под названием репоксиген стало трудно добывать. Тренер также торопит поставщика с доставкой репоксигена, желая получить его до Рождества. Если факт применения Спрингштейном подтвердится, это станет первым в мире официально зафиксированным случаем использования генетического допинга, сообщает сайт "Genoterra.ru" со ссылкой на западные СМИ.

Эта новость вызвала серьезное беспокойство в антидопинговых службах. Всемирное антидопинговое агентство (ВАДА) поспешило заверить, что у него есть возможность выявить случаи генетического допинга у спортсменов (агентство Синьхуа). А "Рейтер" отмечает, что способы борьбы с достижениями генной инженерии в спорте пока находятся на ранних стадиях разработки.

Антидопинговые службы не скрывают, что дальнейшие исследования в этой области потребуют огромных затрат. Так, глава антидопинговой комиссии Олимпийского комитета России (ОКР) Николай Дурманов в ходе онлайн-конференции на сайте РИА Новости сообщил о том, что в ОКР создается "специальное подразделение" по борьбе с генетическим допингом, "вооруженное по последнему слову техники". Правда, стоимость "последнего слова" он назвать отказался, "дабы избежать народных волнений на тему: куда идут государственные деньги!?". Кстати, сам факт того, что на туринской Олимпиаде доказать употребление спортсменом допинга удалось лишь однажды (в случае с российской биатлонисткой Ольгой Пылевой) многие воспринимают с тревогой, подозревая, что "чистота" Игр-2006 – лишь затишье перед бурей.

О мышах и людях: как это работает

До сих пор главное беспокойство антидопинговых служб было связано с методами обнаружения в крови спортсменов синтетического гормона эритропоэтина (ЭПО).

Вообще, ЭПО вырабатывается в организме человека естественным путем. Он отвечает за выработку эритроцитов в крови, что, в свою очередь, приводит к увеличению доставки кислорода к тканям (входящий в состав эритроцитов железосодержащий белок гемоглобин связывает и переносит кислород из легких в ткани и углекислый газ из тканей в легкие). А чем больше кислорода – тем выше выносливость спортсмена (так называемая аэробная выносливость).

Все бы ничего, но в 1977 ученые выделили из мочи человека рекомбинантный, или синтетический эритропоэтин, а в 1988 году началось серийное производство этого гормона. По своему аминокислотному составу препарат практически идентичен естественному ЭПО человека. Первоначально предполагалось, что терапия высокими дозами ЭПО будет использоваться как антианемическая мера при почечной недостаточности, хронических полиартритах, СПИДе, а также при хирургических вмешательствах и кровопотере.

Очень быстро достоинства гормона оценили спортсмены. За два года (1988-1990) несколько велосипедистов, использовавших ЭПО в качестве допинга, погибли. Тогда МОК внес гормон в список запрещенных препаратов. (Подробнее – на сайте "Steroid.ru").

То, что употребление ЭПО – рискованное предприятие, доказали Игры 2002 и 2004 годов. По-видимому, на смену гормону придут генетические препараты, отмечает "Genoterra.ru". "На сегодняшний день известны три гена, которые, по всей видимости, будут использоваться спортсменами и которые невозможно будет определить существующими методами, причём все они могут вводиться непосредственно в мышечную ткань, как обычная вакцина", - добавляет интернет-издание.

Действие первого из них аналогично действию синтетического ЭПО. Именно он вводится в организм с препаратом, который пытался достать немецкий тренер.

Репоксиген был разработан генотерапевтами для лечения анемии. В организме человека он начинает действовать только в гипоксемическом состоянии (при нехватке кислорода). Как отмечает "Timesonline", отличие репоксигена от остальных препаратов заключается в том, что он позволяет организму самостоятельно стимулировать процесс эритропоэза (выработки эритроцитов) путем введения специального гена. В результате снабжение тканей кислородом резко увеличивается, и выносливость человека повышается. То есть эффект такой же, как и при употреблении гормона – с той разницей, что последний постепенно выводится из организма, а ген ЭПО "отключить нельзя". Обезьянам, которым вводили такой ген, приходилось регулярно пускать кровь или "разжижать" её, утверждает "Genoterra.ru". Еще один побочный эффект - повышенное образование тромбов. С начала 2006 года репоксиген входит в список запрещенных препаратов.

Второй ген, который ждёт "большое будущее в спорте" — ген роста клеток внутренней поверхности сосудов (сокращенно VEGF), отмечает то же интернет-издание. Спортсмены смогут использовать его для улучшения кровоснабжения мышц. Ген разрабатывается для пациентов, страдающих от атеросклероза.

Третий ген способствует наращиванию мышц, и он, скорее всего, заменит запрещённые сейчас стероиды. Особенность гена, название которого можно приблизительно перевести как "инсулиноподобный фактор роста" (insulin-like growth factor 1, IGF-1), заключается в том, что он может использоваться как "ремонтный ген", ускоряющий процесс регенерации мышечных тканей, которые часто повреждаются из-за перегрузок, растяжений и так далее. Существует около пяти вариаций этого "гена неуязвимости". Первоначально он был создан для помощи пациентам с мышечной атрофией. Но результаты экспериментов на мышах впечатлили не только больных: за две недели у мышей (естественно, безо всяких тренировок) объём мышечных тканей увеличился на 20%. Как полагают специалисты, на людей аналогичные инъекции должны действовать менее интенсивно — прирост будет составлять 10% за месяц. Самое главное достоинство этого гена заключается, по мнению "Genoterra.ru", в том, что он не распространяется дальше мускула, в который его вкололи — то есть если уколоть в ногу, мышечные ткани сердца спортсмена не увеличиваются. А для того, чтобы определить, была ли сделана инъекция этого гена, нужно брать образец мышечной ткани прямо в точке инъекции (которую найти почти невозможно) и проводить генетический анализ – настолько трудоёмкий, что по объёму информации он будет сопоставим с процессом расшифровки самого генома.

Победа за инвалидами. Генными…

По мнению современных ученых, существуют так называемые "генетически встроенные спортивные ориентиры" — как семейные, так и национальные. Уже сейчас, исходя из анализов ДНК, специалисты могут рекомендовать родителям отдать ребенка в определенные виды спорта: скажем, в бег на короткие дистанции или в тяжелую атлетику, утверждает сайт "Спортивная генетика". Иными словами, в наше время спортивный отбор на генетическом уровне реален уже при рождении ребенка.

Существуют также целые этнические группы, генетически "склонные" к какому-то виду спорта. Так, примерно 80% всех побед в беге на 800 метров принадлежат кенийцам, 40% лучших 50 марафонцев планеты — опять же кенийцы, отмечает "Genoterra.ru".

Как выяснилось в ходе исследований, их секрет кроется в насыщении крови кислородом во время бега. Энергия кенийского бегуна более рационально расходуется в процессе бега — её расход достигает максимума, причём это происходит без нарушений метаболизма. Кенийцы уникальны тем, что природа наделила их геном, который сам "включается", когда нужно, и также органически "выключается". Похожий феномен наблюдался и у финского лыжника Мантиранты, который на Зимней Олимпиаде 1964 года в Инсбруке завоевал две золотые медали, напоминает "Genoterra.ru". У финна была врожденная генная мутация — в его крови было на 25-50% красных телец больше, чем у здоровых людей; соответственно, в его лёгкие поступало гораздо больше кислорода, и спортсмен легче переносил длинные дистанции. Пресловутый гормон ЭПО вырабатывался в организме финна более интенсивно. "Патология заключалась в том, что у кенийцев гормон, регулирующий количество красных телец, сам "отключается" — перестаёт быть активным, когда кровь достаточно насыщенна ими, а у финского чемпиона кровь продолжала "насыщаться", делая его, если разобраться, генным инвалидом", - подчеркивает интернет-издание.

На этом основании апологеты генетического допинга утверждают, что искусственная "инвалидизация" (или усовершенствование, кому как нравится) – вещь вполне нормальная.

По мнению Энди Миа, автора книги "Генетически модифицированные спортсмены: биомедицинская этика, генный допинг и спорт", "представлять генетически измененных спортсменов как мутантов или нелюдей – сомнительно с нравственной точки зрения, поскольку это приводит к возникновению таких же предрассудков, какие мы осуждаем в отношении других биологических характеристик, особенно расы, пола и физических недостатков". "В конце концов, многие, если вообще не все, ведущие спортсмены, обладают "естественным" генетическим даром. Если бы этих людей назвали мутантами, конечно, поднялась бы волна всеобщей критики", - добавляет он.

В то же время, по мнению эксперта, само обсуждение проблемы допустимости генетического допинга дает возможность задать "важные и трудные вопросы об эффективности и достоверности антидопинговых тестов". "Действительно ли общество заинтересовано в повышении спортивных результатов?", - спрашивает Миа.

Не храм, а лаборатория

"Смотри на действование Божие: ибо кто может выпрямить то, что Он сделал кривым?" (Екклесиаст, 7:13). "Я не только считаю, что мы будем экспериментировать с матерью-природой, но и думаю, что она сама этого хочет" (Уиллард Гэйлин). Такими словами предваряется фильм "Гаттака", в котором проблема генетически модифицированных людей поставлена, пожалуй, наиболее остро. В мир совершенных личностей, созданных стараниями биоинженеров, попадает молодой человек, рожденный в любви, а не в лаборатории. При рождении он получает ярлык "не пригоден", однако не теряет надежду реализовать свою мечту – отправиться к звездам. Врожденный порок сердца не позволяет ему этого сделать, и он пытается обмануть власти и стать членом Корпорации Будущего Гаттака. Таков сюжет. Конфликт же далеко не так фантастичен - простой смертный в обществе людей высшей расы.

И, собственно, слова Священного Писания, вынесенные в эпиграф фильма, остаются практически единственным доводом тех, кто считает, что употребление генетического допинга недопустимо. (При этом нельзя не признать, слова эти допускают более широкую трактовку, чем та, которую предлагает режиссер).

Действительно, гуманистические утверждения о том, что введение посторонних генов в организм может быть опасно, с большим или меньшим успехом опровергаются сторонниками генной инженерии, которые полагают, что, напротив, их исследования позволяют людям обрести те дарования, которых они лишены от природы. Иными словами, восстановить справедливость.

"Совершенно точно ясно, что одним людям, ввиду удачной комбинации генотипов, либо имея редкую мутацию в каком-либо гене, дано стать элитными спортсменами, другим нет. Справедливо это или нет, но у многих "неимущих" в генетическом отношении людей может возникнуть желание как минимум иметь то же преимущество, что и у генетически одаренных атлетов. Напрашивается некоторая генетическая "подпитка" в форме использования методов генной инженерии. Так можно ли подобное назвать генетическим допингом? Если это генетический допинг, который подразумевает запрет на данную деятельность, то следует ли запрещать выступать на важнейших соревнованиях одаренным спортсменам, которые сами по себе являются генетически модифицированными природой/Богом?", - задаются вопросом специалисты.

Между тем, некоторые ученые призывают создать отдельные виды соревнований для генетически модифицированных атлетов. Тогда не исключено, что Олимпиада станет аналогом "Формулы-1", в которой соревнуются не только и не столько пилоты, сколько конструкторы-автомобилисты. Вопрос в том, насколько мы к этому готовы. Во всех смыслах.


Исходная статья: "РИА НОВОСТИ"
Авторы:  Ольга Сухова