«ПЕРВЫЙ СРЕДИ РАВНЫХ...»
Нормативные документы
Противодействие коррупции
Поступающим
Студентам
Выпускникам
Проект 5-100
Аккредитация специалистов
Директор клиники колопроктологии и малоинвазивной хирургии Петр Царьков дал интервью "Российской газете" 01.04.2014

Директор клиники колопроктологии и малоинвазивной хирургии Петр Царьков дал интервью "Российской газете"

Почему проктологических больных становится все больше? Почему пациенты боятся идти к врачу, а обращаются лишь тогда, когда время уже упущено? Какую роль играет наследственность? Об этом обозреватель "РГ" беседует с директором Клиники колопроктoлогии и малоинвазивной хирургии Первого Московского государственного медицинского университета имени Сеченова профессором Петром Царьковым.

Петр Владимирович, статистика неумолима: таких больных становится все больше?

Петр Царьков: К сожалению. Тот же геморрой клинически проявляется у 140 человек из каждой тысячи. Очевидно, что эти люди нуждаются в помощи. В 1980 году в России количество больных раком толстой кишки не достигало 40 000 человек в год. Теперь - более 60 000.

С чем это связано?

Петр Царьков: Мы становимся более цивилизованной страной. И, значит, вместе с благами получаем все ее болячки. Большую часть времени современный человек проводит в сидячем положении: смотрит телевизор, работает на компьютере, ему даже к телефону подходить не надо - телефон в кармане. И, когда говорят, что становится все больше автомобилистов, я невольно думаю, что они потенциально могут стать нашими пациентами.

Не забудем и о том, как мы теперь питаемся. Всем практически доступны продукты из переработанного мяса. Они очень популярны. А приготавливаются с использованием всевозможных консервантов. И сколько бы ни говорили, что консерванты - это плохо, вредно, завтра от них никто не откажется. Еще одна очень веская причина - не удивляйтесь! - успехи современной медицины. Во всех странах, в России, в том числе, люди стали дольше жить.

Долголетие - огромная заслуга медицины. Но чем старше человек, тем больше вероятность развития заболеваний толстой кишки.

Мрачная картина. Эту тенденцию можно переломить?

Петр Царьков: Конечно. Это и пропаганда здорового образа жизни, и отказ от курения, чрезмерного употребления алкоголя, и хотя бы элементарная физкультура

Это всем известно. Но только, как мне кажется, малоэффективно. И на моей стороне тут цифры роста этих болезней. Как же их предупреждать и вовремя выявлять?

Петр Царьков: Прежде всего, надо заглянуть в историю своей семьи: многие наши заболевания передаются по наследству. Если мама страдала геморроем, то и у дочери почти наверняка возникнет эта болезнь. Скажем, есть такое заболевание - семейный полипоз толстой кишки. Само слово "семейный" свидетельствует о наследственном характере недуга. Правда, встречается он очень редко. К счастью. Чего никак не скажешь о раке толстой кишки. Тут наследственность играет более значительную роль. В прошлом месяце я оперировал женщину средних лет, которую привел ко мне ее сын, которого я оперировал с этим же диагнозом три года назад.

Мама заболела позже, чем сын?

Петр Царьков: Редко, но бывает и так. Чаще наоборот. Можно ли изменить судьбу? Можно ли, зная, что у родителей был рак толстой кишки, предотвратить развитие этого тяжелейшего недуга у следующих поколений? Речь идет и о внуках, и даже правнуках. Отвечу: можно. Все представители такой семьи, начиная с 40 лет, обязаны проходить регулярное эндоскопическое обследование толстой кишки.

Где проходить? В вашей клинике для этого есть условия. Но чем дальше от Москвы, тем меньше возможностей.


Петр Царьков: Если правильно организована система диспансеризации на местах, то можно выявить заболевание в самом начале, когда оно поддается полному излечению. Кроме того, если при таких обследованиях выявляются небольшие полипы, то их можно удалить эндоскопическим путем. А это профилактика развития рака.

Многие боятся операции на прямой кишке потому, что она очень калечащая. Человеку, который ее перенес, нередко кишка выводится на живот, то есть делается стома. Не лучшее качество жизни...

Петр Царьков: Вы абсолютно правы! Хотя современные высокие технологии позволяют обходиться без стомы. Правда, не всегда и не везде. Не везде владеют высокими технологиями. 20 лет назад формирование стомы составляло 40% от всех оперированных по поводу рака прямой кишки. В нашей клинике таких операций 15%.

Но не все же могут попасть к вам в клинику?

Петр Царьков: К сожалению, это так. Клиник, подобных нашей, в России немного. Каждый год клиника помогает более 1000 пациентам. Это немало. Чтобы было больше, наши специалисты проводят мастер-классы по обучению хирургов страны. Обучение, проведение мастер-классов - одно из главных предназначений университетских клиник и специализированных кафедр. Именно такую кафедру колопроктологии и эндоскопической хирургии Института профессионального образования Первого Московского медуниверситета я возглавляю. Хирургия - специальность визуальная. И теперь у нас действует уникальная система дистанционного обучения, то есть передача хода операции на территории университетского клинического городка в учебные аудитории в формате 3D. А по Интернету в HD качестве. Это дает огромный обучающий эффект.

Опросы, проведенные среди студентов-медиков показывают, что охотников работать в проктологии не много.

Петр Царьков: Не соглашусь. Может, не там проводили опросы. Студенты нашего университета вовсе не прочь посвятить себя одной из самых быстроразвивающихся и технологически насыщенных специальностей. Наша именно такая. Рабочие места для них есть: кроме государственных клиник открываются частные, в которых почти всегда есть кабинеты, занимающиеся нашей проблематикой. Спрос рождает предложение.

Другое дело, что уровень специалистов очень разный. Приведу недавний пример. К нам привезли на каталке пациентку 35 лет с малокровием: уровень гемоглобина был в три раза ниже нормы. Это очень серьезно. До нас пациентка

долго наблюдалась в частных и в государственных лечебных учреждениях. Везде проводились обследования. Был поставлен правильный диагноз: распадающаяся опухоль прямой кишки с сильнейшими кровотечениями. Однако на оперативное лечение ее не брали. Полагая, что полностью удалить опухоль не удастся, что она проросла в позвоночник.

А вы рискнули?

Петр Царьков: Мы усомнились в том, что опухоль проросла. Провели дополнительные исследования - условия нашей клиники позволяют это делать. И лапароскопическим путем удалили опухоль. Через две недели после операции женщина своими ногами, почти с нормальным уровнем гемоглобина, покинула клинику. Конечно, мы будем ее наблюдать. А привел я этот случай для того, чтобы подчеркнуть возможности университетской клиники.

Сейчас остро стоят вопросы сохранения федеральных и. университетских клиник. Вас тревожит их будущее?

Петр Царьков: Конечно. Нас беспокоит переход на одноканальное финансирование. К нам поступают самые тяжелые пациенты. Тот же рак прямой кишки может быть разной степени тяжести. И он нуждается в разном лечении. Так вот то, которое проводим мы, - самое современное и самое дорогое. Никакая система ОМС его не потянет. Необходимость сохранения федеральных центров очевидна, как очевидна необходимость их дополнительного финансирования за счет системы грантов, иных источников. Только так можно сохранить и развить научный потенциал страны, медицину высоких медицинских технологий.