«ПЕРВЫЙ СРЕДИ РАВНЫХ...»
Нормативные документы
Противодействие коррупции
Поступающим
Студентам
Выпускникам
Проект 5-100
Аккредитация специалистов
Ректор университета дал интервью "Российской газете" 05.11.2013

Ректор университета дал интервью "Российской газете"

Врач - не компьютер в белом халате

Петр Глыбочко, ректор Первого медицинского: Как отличить хорошую клинику от плохой

Автор: Ирина Краснопольская


В мире понятие "университетская клиника" тождественно медицине высшего класса. Почему у этих клиник такая высокая репутация? Что конкретно могут сегодня предложить пациенту клиники Первого Московского государственного медицинского университета им. И.М. Сеченова? Об этом обозреватель "РГ" беседует с ректором университета, членом-корреспондентом РАМН Петром Глыбочко.

Само словосочетание "университетская клиника" звучит как-то особенно. Внушает доверие, которое так важно во врачевании.

Петр Глыбочко: Не без оснований. Университетская клиника - это уникальное сочетание лечения и ведения пациентов, обучение и практика студентов, врачебные стажировки. Это регулярные научные исследования и медицинские конференции. Не все знают, что пациенты могут принять участие в тестировании новых медикаментов, новых методов лечения. Нет, это не опыты на людях. Для пациента это нередко единственный шанс если не на исцеление, то на торможение патологического процесса, с которым клинически утвержденными методами и лекарствами справиться невозможно. В университетских клиниках кроме стационарных и учебных подразделений действуют научно-исследовательские институты и центры. А это позволяет проводить не только многопрофильное лечение, но и опробовать новейшие наиболее перспективные методики, медикаменты, оборудование. Ничего подобного нет в обычных клиниках.

И самое главное, Петр Витальевич, не секрет, что именно в университетских клиниках традиционно трудятся лучшие врачи, лучшие ученые.

Петр Глыбочко: А те, кто не в штате этих клиник, все равно связаны с ними партнерскими отношениями. Мы должны уйти от чистого преподавания или клинической практики. Наши врачи должны передавать свои знания и умения студентам. А все преподаватели - вести больных в клиниках. Только такой симбиоз дает должный уровень подготовки. И - что важно - возможность дополнительных заработков нашим специалистам. Это, знаете ли, как шахматная доска, где правильно расставленные фигуры усиливают друг друга и гарантируют успех.

Но мы пошли дальше. И за последние полтора года создали в университете 25 научно-образовательных клинических центра. Мы хотим получить максимальный эффект от совмещения исследовательской, медицинской и образовательной деятельности. Поэтому в рамках узкой тематики или редкого заболевания мы консолидируем усилия профильной клиники, кафедры и отдельной научной группы. Они обеспечиваются современной диагностической и лабораторной базой и должны разрабатывать новые подходы и методики лечения. В результате российские больные получают высококвалифицированную помощь у себя дома, а не за рубежом. Мы же при этом получаем уникальную клиническую практику и научную базу. Опыт этот был настолько удачным, что 4 НОК-центра мы создали уже на базе московских больниц вместе с департаментом здравоохранения Москвы. И намерены эту практику расширять.

Перед началом нового учебного года в вашем университете традиционно приветствуют новых студентов...

Петр Глыбочко: И напутствуют. Обязательно говорим о великом Мудрове, о том, что его взгляды на врачевание современны и в наш жестокий век. Мы говорим о легендарных основателях наших научных школ - Захарьине, Н.В. Склифосовском, Кожевникове, Корсакове, Сеченове... И наша медицинская база признана во всем мире. Это клинический центр, который сочетает в себе лечение, обучение студентов и научные исследования. Каждый год здесь лечатся около полумиллиона пациентов из разных регионов России.

Многие корпуса клинического центра построены очень давно, некоторые из них - памятники архитектуры, которые тронуть нельзя. Да, высокие потолки, да просторные коридоры, массивные стены. А многоместные палаты и общие удобства где-то в конце коридора... Согласитесь, охотников лечиться в таких условиях ныне явно мало.

Петр Глыбочко: Соглашусь. Да, мы очень бережно реконструируем наши старинные здания от фасадов до некоторых интерьеров. Но времена общих палат и удобств "на этаже" прошли. Наши больные сейчас лежат в двух-трехместных палатах с телевизором, душем и туалетом. Примером могут служить исторические здания университетской фтизиопульмонологической клинической больницы или клиника кожных и венерических болезней имени Рахманова. Кстати, с последней связана любопытная история. Недавно клинику посетила праправнучка Солодовникова. Солодовников - московский промышленник, на пожертвования которого в 1895 году было открыто это уникальное лечебное заведение. Сейчас Любовь Солодовникова живет в Ирландии. Она специально приехала, чтобы взглянуть на историческую память о своем предке.

Взглянула и...


Петр Глыбочко: Была приятно удивлена и полна благодарности университету, нашим сотрудникам, которые сохранили не только саму клинику, но и фасад здания, большинство исторических интерьеров. Да, развитие наших университетских клиник требует громадных материальных и трудовых затрат. Но для нас очень важно, в каких условиях лечатся наши пациенты, работают наши сотрудники.

Громадные средства. Судя по тому, как в последние пару лет изменился облик некоторых ваших клиник, эти средства у вас есть? Откуда?

Петр Глыбочко: Часть мы получили в рамках программы модернизации здравоохранения и по федеральным целевым программам. Часть вложили из собственных заработанных денег. Вы видели некоторые отремонтированные корпуса и, думаю, согласитесь, что мы старались не просто подновить старые стены. Мы вложили в ремонт совершенно иную философию: на выделенные правительством России средства создать лучшие клиники в стране с перспективой многолетнего развития. Теперь некоторые из них по оснащенности и комфорту приближаются к европейским аналогам. У нас появился собственный Центр крови, централизованная межклиническая лаборатория.

Завершается строительство учебно-производственного аптечного комплекса. В клиниках вводится электронная система сопровождения больных и управления лечебным процессом. У нас появились уютные ординаторские, решена проблема нехватки лекарств и расходных материалов. Специалисты работают на современном медицинском оборудовании и по самым новейшим методикам.

А не может быть такого, что пациенту при госпитализации предложат принести с собой постельное белье, покупать за свои деньги назначенные врачом лекарства?


Петр Глыбочко: Исключено! Более того, с этого года большинство наших клиник переходят на систему государственного задания. Это значит, что жестко установленные квоты на тематических больных должны быть выполнены. От этого будут зависеть и зарплаты, и возможность получения госзаказа в будущем. Поэтому для нас чрезвычайно важно повышать востребованность своих клиник, формировать поток пациентов и очередность на госпитализацию.

Трудно сыскать болезнь, которую бы не лечили в ваших университетских клиниках. И все же говорить о том, что заболевший человек отдаст предпочтение именно вашим учреждениям, я бы не осмелилась. Тем более если этот человек москвич - тут у вас конкурентов немало.


Петр Глыбочко: И это хорошо, что есть конкуренты, что пациент может выбирать. Мы это учитываем. Недавно директорам клиник мы предложили ответить на вопросы. В том числе на такие: "Что ваша клиника может предложить пациенту по сравнению с другими московскими клиниками? Каков основной контингент пациентов вашей клиники (они идут через систему ОМС, по госзаданию, на платной основе)? Какова география обратившихся (это москвичи, жители Московской области, из регионов)?". Был и такой пункт: "Я живу в N-ской области. Что мне сделать, чтобы попасть к вам на лечение?". Получили подробную информацию.

Информацию для размышления?..

Петр Глыбочко: В том числе. Могу привести конкретные примеры по вашему выбору.

Согласна. В Москве отменная служба акушерства и гинекологии. Потому мой выбор - Клиника акушерства и гинекологии имени Снегирева.

Петр Глыбочко: Она отремонтирована, в ней теперь есть палаты совместного пребывания матери и ребенка. Получено новое оборудование: мониторы, аппараты искусственной вентиляции легких для отделения реанимации и интенсивной терапии для новорожденных детей, внедрена единая автоматизированная информационная система. В этой клинике возможно ведение беременности от зачатия до рождения. Огромное ее преимущество в том, что клиника многопрофильная - все, что только возможно для ведения беременности и родов, здесь есть. А главное - высокая квалификация персонала.

Здесь успешно лечится бесплодие, проводятся операции любой сложности с тенденцией к сохранению репродуктивной функции. Здесь предупреждают отклонения в развитии плода, готовят к беременности и родам, ведут роды с наименьшим риском для матери и новорожденного. Могу привести статистику. Пациенты из регионов составляют 40%, жители Москвы и Московской области - 60%. На платной основе помощь получают 25%. Остальные на бюджетной основе в рамках государственного задания или ОМС.

А как попасть в этот рай?

Петр Глыбочко: В самую популярную нашу клинику акушерства и гинекологии можно записаться на прием по многоканальному телефону или через электронную регистратуру. Эти данные есть на сайте Клинического центра Университета. А затем приехать в назначенное время на консультацию, имея при себе паспорт и страховой полис. Еще один пример. Он касается клиники нервных болезней имени Кожевникова. В ней появилось новое психотерапевтическое отделение. Это как бы ответ на обстоятельства жизни современного человека. Жизни, наполненной диким темпом, обилием стрессовых ситуаций и так далее.

В этой же клинике опять же по этой самой причине в прошлом году начали оказывать помощь при нарушениях сна. И вот цифры. Большую часть стационарных пациентов здесь составляют те, кто получает специализированную помощь в рамках госзадания и ОМС. Среди стационарных пациентов 60% - жители регионов, 40% - москвичи и жители Московской области. Среди амбулаторных пациентов доля жителей регионов не более 25-30%. Причины понятны: проезд, проживание в столице требуют немалых денег. Кстати, не всегда нужно ехать на консультацию в Москву. Консультируются документы пациента, и принимается решение о госпитализации. И пациент поступает в клинику на гарантированно приготовленное для него место. Однако оформление документов требует определенного времени, порой очень значительного. И все-таки должен еще раз сказать: для пациентов из любого региона России не существует преград для поступления в наши клиники.

На этой оптимистической ноте мы закончим нашу беседу. Престижность университетских клиник в последнее время выросла. Желающих попасть именно в них несомненна. Только, Петр Витальевич, если к нам обратятся соискатели помощи в ваших клиниках, которые не смогли ее получить, будем обращаться за поддержкой к вам.

Петр Глыбочко: Я только за содружество с "Российской газетой".

немного истории

Когда едешь по Большой Пироговской улице, чуть ли не каждое название остановок связано с медициной. Не говорю уж о том, что и сама улица носит имя великого российского врача, хирурга Пирогова. А началось все в конце 80-х годов ХIХ века, когда на Девичьем поле в Москве начал строиться клинический городок.

Петр Глыбочко: В его проектировании участвовали университетские профессора Склифосовский и Эрисман, Клейн и Новацкий, Габричевский, Филатов, Снегирев... Они были настолько авторитетны, что добились не только государственного финансирования, но и уговорили московских купцов и промышленников профинансировать постройку и оснащение клиник.

Жаль, что их примеру нет последователей в наши дни...

Петр Глыбочко: Очень жаль. Но хочу тут сразу исправить вашу ошибку: все началось не в конце ХIХ века, а намного раньше. И мне кажется, что об этом стоит рассказать, потому что некоторые уроки прошлого не утратили свою актуальность. В 1758 году начались занятия на медицинском факультете Московского университета. Велись они по трем кафедрам: анатомии, физической и аптекарской химии и натуральной истории. Но своей клиники у факультета не было и, значит, никаких практических занятий со студентами не проводилось. Срок обучения колебался от трех до шести и более лет. Завершался итоговым испытанием. Тому, кто успешно сдал экзамен, присваивалось звание кандидата медицины. Но права на самостоятельную врачебную практику оно не давало. Для этого нужно было пройти трехгодичную стажировку в московском военном госпитале и сдать специальный экзамен Медицинской коллегии.

Так продолжалось до 1805 года, когда на медицинском факультете открылся клинический институт. Правда, это громко сказано - клинический институт: всего-то небольшая, на несколько коек, палата. Потом наполеоновский пожар, который уничтожил медицинский факультет Московского университета. Восстановлен он был "собственным иждивением" его декана Матвея Яковлевича Мудрова.

Ведь это от Мудрова: "Если больному после посещения врача не стало лучше, значит, его посетил плохой врач". А вот теперь, когда истории болезни отданы на откуп Интернету, когда врач на приеме не отрывает глаза от экрана компьютера, где черпает информацию о пациенте, расспроса вовсе нет. Современная медицина без эмоций?


Петр Глыбочко: Без эмоций медицины быть не должно, даже самой современной. Я потому и решился на этот исторический экскурс, чтобы напомнить о великих традициях отечественной медицины, от которых во имя здоровья человека грех отказываться. В 1820 году в созданном по собственному проекту новом клиническом корпусе для пациентов с внутренними болезнями Матвей Яковлевич стал учить студентов овладевать врачеванием "не со слов учителя", но путем практики, клинических наблюдений. "Книжное лечение болезней легко, одно - знать. Другое - уметь". Это я цитирую Мудрова.

Годы спустя его ученики и последователи организовали на базе терапевтической клиники Московского университета детскую клинику и отделение "болезней мочевых и половых органов". Потом появились клиники нервных болезней, палаты для лечения больных "накожными недугами". Еще позже гинекологическая клиника и клиника общей диагностики и терапии. Медицинский факультет Московского университета стал мощным научно-исследовательским центром. Старый клинический институт уже не вмещал все эти подразделения. Тогда-то в конце 80-х годов ХIХ века и началось то самое строительство на Девичьем поле, о котором вы упомянули. Появился целый клинический городок, и медицинский факультет Московского университета стал в ряд с лучшими медицинскими факультетами Европы. Именно так начинался наш Первый Московский государственный медицинский университет имени Сеченова. Здесь он и расположен по сей день.

Опубликовано в РГ (Федеральный выпуск) N6181 от 13 сентября 2013 г.